HOMEPAGE

Жизнь и работа

 

Рудольф Кучера – диссидент, политолог, европеец

 
photo:  (radio.cz)
 

15 января 2019 года не стало Рудольфа Кучеры – крупного ученого, преподавателя, одного из основателей современной чешской политологии. Учившийся в Карловом университете одновременно с Яном Палахом, в годы нормализации он был выброшен из профессии, работал истопником и разнорабочим, занимался самиздатом, подписал «Хартию-77».

 

Его острые комментарии к текущим и историческим событиям звучали и на волнах «Чешского Радио», и в передачах «Радио Прага». Россия, Украина, внешняя и внутренняя политика Чехии и ее роль на международной арене, Европа, демократия, ислам – все эти проблемы волновали ученого, скончавшегося на 72-м году жизни.

Пан Кучера рассказывал, что придумал концепцию своего политологического журнала «Ревю Центральная Европа», который существует до сих пор, еще в 1984 году, когда вместе с коллегой-философом, также изгнанным из профессии, работал строителем в пражском замке Троя, где тогда проходила реконструкция. Укладывая кирпичи, они обсуждали европейскую и мировую политику и решили записывать свои мысли. Некоторые самиздатовские номера проникали на Запад – это помогало преодолевать изоляцию «железного занавеса».

Поколение Яна Палаха

Судьба Рудольфа Кучеры, родившегося в 1947 году, может служить примером пути чешского интеллектуала второй половины ХХ века. Своими воспоминаниями о событиях 1968 года и их осмыслением с дистанции прожитых лет политолог некогда поделился с «Радио Прага».

– В то время я был студентом философского факультета Карлова университета. Мы тогда много обсуждали то, как дальше будет проходить Пражская весна. Однако целый ряд сигналов говорил о том, что она будет подавлена. Мы это ожидали, только не знали, как и когда последует эта реакция.

– Мы привыкли говорить о событиях 21 августа 1968 г., что это было как гром среди ясного неба. Однако из ваших слов следует, что некоторые граждане Чехословакии, включая студентов, оценивавших развитие ситуации, догадывались о возможности военного вторжения.

– Безусловно. Поскольку руководство Советского Союза постоянно выступало против того, в каком направлении шла Чехословакия. Мы знали, что СССР и его союзники выражали свое недовольство и требовали от представителей Чехословакии остановить это, предупреждая, что в противном случае последует реакция. То есть мы предполагали, что она последует. Мы, конечно, не могли конкретно предвидеть ввод в Чехословакию войск Варшавского договора, однако были уверены, что очень жесткая реакция будет обязательно.

– Если перспективы силового подавления Пражской весны были так очевидны, почему руководство Чехословакии не пыталось предотвратить такое развитие событий? Если, конечно, это вообще было возможно.

– Как ни странно, некоторые члены руководства Чехословакии по-прежнему считали, что это можно будет как-то сгладить, обойти. Они были наивными, прежде всего Дубчек – человек, бывавший в Советском Союзе и знавший менталитет советских вождей, все равно считал, что такой жесткой реакции не случится. Я видел целый ряд отчетливых признаков надвигавшихся событий – здесь проходили военные учения, после которых солдаты не ушли, а остались на территории Чехословакии. То есть большой неожиданностью, большим шоком это не было.

– Когда вы столкнулись лицом к лицу с советской армией – ведь в Праге были части именно из СССР, вы пытались говорить с солдатами?

– Да, я спрашивал их, какое им дано задание. Солдаты были абсолютно растеряны. У них были какие-то приказы – что они должны на этом танке доехать в определенное место и т.д., но это были очень молодые люди, которые даже не знали, что находятся в Чехословакии. Они спрашивали: «Где мы? Что это?» Я им говорил: «Вы приехали в Прагу». Они думали, что находятся на Западе.

– Как реагировали пражане на внезапное появление на улицах и площадях города чужих танков?

– Многие чехи закрылись в своих квартирах или отправились купить что-то про запас, думая, что приходит время, когда все исчезнет, будет нечего есть, поэтому они пытались как-то обеспечить необходимым себя и свои семьи. Резкую реакцию вторжение вызвало, прежде всего, у молодежи. Я встречал своих сокурсников, которые говорили: «Мы должны вооружаться!» На что я отвечал: «А где вы возьмете оружие, и что с ним хотите делать?» Ведь никто не умел им пользоваться. И что – стрелять в этих молодых парней?

– После первой растерянности, вероятно, пришла очередь осмысления ситуации, в которой оказалась Чехословакия. Граждане страны ждали, что Запад вмешается, попытается как-то воздействовать на Советский Союз, чтобы освободить Чехословакию от оккупации?

– Я изучал тогда историю и философию… Хотя в народе, конечно, циркулировали идеи о том, что Запад вмешается, мне было ясно, что этого не произойдет. Как не вмешался в Венгрии, так и здесь не вмешается. Подобных иллюзий у меня не было – тут были войска Варшавского договора, и НАТО воевать из-за этого не станет.

– Известно, что после вторжения началась массовая эмиграция граждан Чехословакии на Запад.

– Многие эмигрировали буквально сразу же. Главным образом, в Австрию. Я всегда напоминаю об этом нашим деятелям, выступающим против мигрантов. Следует помнить, что Австрия – нейтральное государство, и австрийское правительство открыло границу для беженцев из Чехословакии и приняло десятки тысяч человек.

– Несложно предположить, что оккупация определенным образом повлияла на народ, его менталитет…

– Интеллектуальная элита уехала, и в обществе не осталось никого, кто этому сопротивляется, кроме узкого круга диссидентов… Думаю, сама по себе оккупация еще не была тем переломом. Перелом произошел во время нормализации – тотальный контроль, подавление любого проявления самостоятельности. Это не было открытым проявление насилия… Разумеется, многие попадали в тюрьмы, однако массового насилия не было – мы просто молча глупели и склоняли спину…

Стажировка в Москве как наказание

В 1970 годы Рудольф Кучера работал в Академии наук. После отказа молодого аспиранта преподавать в университете марксизма-ленинизма в качестве наказания его отправили на стажировку в Москву – об этой поездке Рудольф Кучера всегда вспоминал с юмором. Большое впечатление на него произвело общежитие института философии АН СССР, где после его просьбы починить окно, раму просто заколотили гвоздями.

Стажировка не помогла молодому политологу проникнуться идеями марксизма-ленинизма. В 1977 году, после участия в похоронах известного философа и правозащитника Яна Паточки, Кучера был уволен из Академии наук и исключен из компартии. Прирожденный преподаватель и организатор, он не только занимался выпуском самиздата, но и устраивал политологические семинары-квартирники.

После «бархатной» революции ученый смог продолжить свою академическую карьеру, возглавив кафедру политологии факультета социологии Карлова университета. После ухода из оттуда – его взгляды нравились не всем – перешел на кафедру политологии университета им. Пуркине в Усти-над-Лабе.

«Единая Европа – это общие духовные ценности, а не только экономика»

Горячий приверженец идеи объединенной Европы, Рудольф Кучера до последнего дня жизни возглавлял Панъевропейский союз Чехии, тесно общался с главой Международного Панъевропейского союза Отто фон Габсбургом, изучал и пропагандировал наследие Рихарда Куденхове-Калерги – человека, стоявшего у истоков современного Европейского союза.

Пан Кучера был горячим сторонником чешско-немецкого примирения, и к числу его ближайших соратников относился Берндт Посселт, глава Объединения судетских немцев (Sudetendeutsche Landsmannschaft).

В своей последней фундаментальной книге «Ислам и политика» Рудольф Кучера осмысливает эту религию и как социально-исторический феномен, и как важный фактор современной чешской и европейской действительности. Политолог был убежден, что исламизация Чехии не угрожает.

Часто Рудольф Кучера выражал озабоченность близостью Пражского Града к Кремлю и предостерегал от пропаганды, которую, по его убеждению, Россия активно ведет в западных странах. Комментируя российско-украинский конфликт, Рудольф Кучера подчеркивал: «Необходимо, чтобы мы отчетливо встали на сторону Украины. Именно она является жертвой этих событий».

16 января 2019 года студенты университета им. Пурнине рядом с изображением Яна Палаха поставили и фотографию своего ушедшего преподавателя – Рудольфа Кучеры.

 
 
Автор: Český rozhlas Radio Praha
 
Добавленo: 17.01.2019
 
 
 

Похожие статьи

 
Жизнь и работа
 
 

Внимание! За вами шпионит робот...

Определились имена лауреатов премии Big Brother Awards за грубое нарушение неприкосновенности частной...

 
 
Жизнь и работа
 
 

Страховая компания уступила пациентке...

Всеобщая медицинская страховая компания Чехии (VZP) уступила в споре с пациенткой, требующей покрытия...

 
 
Жизнь и работа
 
 

За правами, свободами и...

В Чехии зарегистрировалась новая организация, объединяющая журналистов – Чешский национальный комитет...

 
 
Жизнь и работа
 
 

Сексуальное насилие – Чешскую...

Обвинения, с которыми давно сталкивается Ватикан, не обошли стороной и Чехию. По мнению авторов петиции...

 
Избранное

История изобразительного искусства

Что происходило в изобразительном искусстве в самом начале чешской истории…

Климатические условия

Чешская Республика – это континентальное государство, которое находится на…

Важнейшие открытия современности

За последние десятилетия чешская наука принесла много переломных открытий…

Чешский язык

Чешский язык относится к группе западнославянских языков. Чешский язык также…

 
 

Facebook